DW-World.de
Deutsche Welle

Bildunterschrift: Großansicht des Bildes mit der Bildunterschrift:  Евгений МинченкоБрюссельский саммит ЕС еще раз подтвердил тот факт, что ни один тактический вопрос не может быть удовлетворительно решен без четкой, понятной стратегии.

Чем является ЕС?

И очевидно, что единой стратегии развития Евросоюза на сегодняшний день нет. Как минимум 3 вопроса сегодня не имеют однозначного ответа.

Вопрос первый - перспективы расширения ЕС. Ведь чем больше расширяется Евросоюз, тем меньше влияние Старой Европы, но при этом неизбежно растут ее затраты на ассимиляцию новых членов. Готовы ли страны-локомотивы ЕС взвалить на себя новую нагрузку и во имя чего?

Первый вопрос напрямую увязан со вторым - является ли ЕС самостоятельным субъектом мировой политики, или он готов взять на себя роль сателлита США? Очевидно, что Германия, Франция и в меньшей степени Италия настроены на то, чтобы вести самостоятельную игру. В то же время, большинство стран новой Европы и примкнувшая к ним Великобритания готовы придерживаться проамериканского вектора. И расширение ЕС неизбежно будет усиливать именно этот вектор.

Третий вопрос - какова будет роль национальных государств в рамках ЕС? Сохраняется ли "Европа государств", или все идет к "Европе регионов"? Ведь под угрозой может оказаться территориальная целостность таких стран, как Бельгия, Испания и Италия. И удастся ли удержать тенденцию регионализации в мирном русле, или она вызовет рост сепаратизма и экстремизма? Не получится ли так, что регионализация в какой-то момент перерастет в создание новых государственных образований, опасных для стабильности Европы. Я, в первую очередь, имею в виду проект Великой Албании, который может стать прообразом агрессивного исламистского государства.

Противоречивые векторы

Пока нет ясности в выборе стратегии, причем выборе осознанном, учитывающем все риски, будет очень сложно решать конкретные практические вопросы, стоящие перед странами ЕС. Более того, решения по разным вопросам могут задавать противоречивые векторы. В частности, заявленное на Брюссельском саммите желание ЕС оттеснить ООН от участия в решении косовской проблемы - показатель ориентации на проамериканский и регионалистский вектор. В то же время позиция Германии и Франции по вопросу о присоединении к НАТО новых членов, занятая на саммите в Бухаресте, говорит о том, что как минимум эти страны не готовы во всем следовать указаниям из США.

Да и тема создания новой системы европейской безопасности с участием России, но без США, все чаще звучит в риторике европейских политиков. К примеру, на днях мне посчастливилось общаться с экс-премьер-министром Франции Лионелем Жоспеном, и я был поражен резкости его высказываний в адрес НАТО как реликта холодной войны, равно как и настороженностью по отношению к проамериканской позиции восточноевропейских стран.

Видимо, тема "восточного партнерства" с пятью странами постсоветского пространства, поднятая в Брюсселе, на самом деле закрывает для них возможность присоединения к ЕС.

Возможное обострение отношений

Также в Брюсселе проявилось ревностное отношение других стран к активизации нового президента Франции Николя Саркози, инициатива которого о введении фиксированного налога на топливо не была одобрена. Я предполагаю, что в ближайшем будущем нас ждет обострение отношений по линии Франция-Великобритания и Франция-Германия.

Кроме того, беспомощность структур Евросоюза относительно проблемы роста цен на топливо вновь привлекает наше внимание к громоздкости и неповоротливости бюрократических структур ЕС в решении актуальных проблем. И это может стать дополнительным стимулом для провала голосований по Лиссабонскому договору еще как минимум в двух странах, кроме Ирландии.

Евгений Минченко, директор Международного института политической экспертизы (материал предоставлен ИА "Росбалт")