Когда мы говорим "Рурская область", то подразумеваем уголь… Жители называют ее просто "Pott" или "Revier". Мариус Мюллер-Вестерхаген посвятил своей родине песню, строки из которой давно стали крылатыми…

Часть I

Bildunterschrift: План-макет комплекса "Цольферайн"
Краткая история этого участка земли в Рурской области площадью всего 14 квадратных километров, что, однако, в семь раз больше Монако, умещается на одном стандартном листе бумаги. История эта написана не золотым пером с бриллиантами, не пестрит знатными фамилиями, а высечена под землей отбойным молотком, пропитана потом и кровью людей с простыми именами - немецкими, польскими, итальянскими …

Эта страница покрыта угольной пылью и рассказывает о судьбе, прошлом и будущем огромного горнодобывающего региона, название которого считается одним из символов индустриализации XX века - истории общеевропейской, а не только немецкой. Мы находимся на шахте "Цольферайн" (Zollverein) в Эссене.

Рурская область все чаще приводится в качестве примера успешной реструктуризации региона, практически полностью зависевшего от угледобывающей отрасли и металлургии. Свои обороты эти отрасли начали сбавлять здесь несколько десятилетий назад по мере выработки природных ресурсов и изменения ситуации на мировых рынках - полностью не исчезли, но оказалась сведены до минимума.

Bildunterschrift:
Об одном таком примере зарождения новой жизни на месте старой индустрии мы уже рассказывали в этой рубрике - в репортаже из Оберхаузена о бывшем газгольдере. Из газового хранилища он превратился в самый высокий выставочный зал Европы, по соседству с которым вырос торгово-развлекательный комплекс CentrO площадью 70 тысяч квадратных метров. CentrO принадлежит к крупнейшим торговым центрам в Германии. Здесь работает около двухсот магазинов, а число покупателей ежегодно достигает 23 миллионов.

Комплекс построен фактически на "мертвой" земле после демонтажа промышленных предприятий в регионе, совсем недавно переживавшем острый экономический кризис. Теперь пример Оберхаузена наглядно демонстрирует высокую покупательную способность (как говорят немцы - Kaufkraft) многих его жителей, занятых, в частности, на новых предприятиях сервисной отрасли или на высокотехнологичных производствах, в науке.

Bildunterschrift:

Bildunterschrift:

Bildunterschrift: Вперед - Назад. Включить - Выключить
Конечно, решены далеко не все проблемы, возникшие после закрытия десятков горных предприятий, на каждом из которых работали тысячи человек, а то и десятки тысяч, но первая депрессия, вызванная постиндустриальным шоком, прошла. Безработица идет на убыль, а сама Рурская область, если посмотреть на ночную Европу с околоземной орбиты, светится таким же ярким и крупным пятном как Париж и Лондон с их густонаселенными спутниками. Что же касается количества национальностей, проживающих здесь, то Рурской области может позавидовать любая мировая столица - 140!

Один город плавно переходит в другой, а затем в третий, третий - в четвертый. В "Рурском котле" ("Ruhrpott" или просто "Pott"), как называют его сами жители, проживает более 5 миллионов человек, а в большом Рейнско-Рурском конгломерате - более 10 миллионов. "Котел" можно назвать одним из крупнейших европейских мегаполисов - мегаполисом нового типа с децентрализованной структурой.

Кстати к "котлу" или "старой посудине" неофициальное название региона, как можно подумать, открыв немецко-русский словарь, прямого отношения не имеет. Корни надо искать под землей, так как "Pütt", от которого оно образовано, на местном диалекте означает "шахта". Поэтому "Рурский котел" -  на самом деле "Рурская шахта".

Bildunterschrift:
Еще одно название - "Revier" (угольный район или бассейн) - более поэтичное, можно услышать, например, в одной из популярных песен Мариуса Мюллера-Вестерхагена (Marius Müller-Westernhagen):

"Ich bin wieder hier in meinem Revier
war nie wirklich weg hab mich nur versteckt
ich rieche den Dreck ich atme tief ein
und dann bin ich mir sicher wieder zu Hause zu sein"

"Я вернулся в Ревир. Я снова здесь / Ведь я никуда не пропадал, а просто прятался / Я чую угольную пыль и понимаю, что наконец-то дома".

Общность судеб и интересов в Рурской области сплотила людей, действительно, словно в общем плавильном котле. Диалект, культура, традиции, в частности, спортивные - футбольные. Назовем хотя бы "Боруссию" (Дортмунд), "Шальке 04" (Гельзенкирхен) или "Бохум".

Уголь был "хлебом" насущным, футбол был и остается не только "зрелищем", но и связывающим звеном, социальным магнитом, для многих - и смыслом жизни. Здесь никого не удивишь, например, свадьбой фанатов на стадионе. Даже по меркам помешанной на футболе Германии рурские болельщики - относятся к особой категории. Хотя, справедливости ради, отметим, что клубного кладбища здесь пока нет, как в ганзейском Гамбурге - для фанатов клуба HSV. Но, наверное, необходимости в этом нет, так как в Рурской области за свои клубы болеют практически все с детства до последних дней.

Bildunterschrift: Выставочный зал в бывшем угольном бункере

Bildunterschrift: Исторические фотографии проецируются на покрытые угольной пылью стены
Максим Нелюбин